Фразы из книги «Герой нашего времени»

 

михаил лермонтовНа нашем сайте собраны фразы из романа в прозе Михаила Лермонтова «Герой нашего времени». Читайте, наслаждайтесь и учитесь!

 

 

 


Это новое страдание, говоря военным слогом, сделало во мне счастливую диверсию.


Мужчина и женщина — те две ноты, без которых струны человеческой души не дают правильного и полного аккорда.


Честолюбие есть не что иное как жажда власти, а первое мое удовольствие — подчинять моей воле все, что меня окружает; возбуждать к себе чувство любви, преданности и страха — не есть ли первый признак и величайшее торжество власти?


Нет в мире человека, над которым прошедшее приобретало бы такую власть, как надо мною. Всякое напоминание о минувшей печали или радости болезненно ударяет в мою душу и извлекает из нее все те же звуки, я глупо создан: ничего не забываю, ничего.


Недавно я узнал, что Печорин, возвращаясь из Персии, умер. Это известие меня очень обрадовало: оно давало мне право печатать эти записки, и я воспользовался случаем поставить имя над чужим произведением. Дай Бог, чтоб читатели меня не наказали за такой невинный подлог!


герой нашего времени


Труднее исполнить обязанности дружбы, чем быть в восторге от них.


Ей хочется говорить со мной, ей мешают, — что ж ей захочется вдвое более.


Все почти страсти начинаются так, и мы часто себя очень обманываем, думая, что нас женщина любит за наши физические или нравственные достоинства; конечно, они приготовляют её сердце к принятию священного огня, а все—таки первое прикосновение решает дело.


Есть необъятное наслаждение в обладании молодой, едва распустившейся души! Она как цветок, которого лучший аромат испаряется навстречу первому лучу солнца; его надо сорвать в эту минуту и, подышав им досыта, бросить на дороге: авось кто—нибудь поднимет!


— Плохо! — говорил штабс—капитан; — посмотрите, кругом ничего не видно, только туман да снег; того и гляди, что свалимся в пропасть или засядем в трущобу, а там пониже, чай, Байдара так разыгралась, что и не переедешь. Уж эта мне Азия! что люди, что речки — никак нельзя положиться!


Сострадание — чувство, которому покоряются так легко все женщины, впустило свои когти в ее неопытное сердце.


И, может быть, я завтра умру!… и не останется на земле ни одного существа, которое поняло бы меня совершенно.


Я опять ошибся: любовь дикарки немногим лучше любви знатной барыни; невежество и простосердечие одной так же надоедают, как и кокетство другой.


Нет проку в том, кто старых друзей забывает!..


Русские барышни большею частью питаются только платонической любовью, не примешивая к ней мысли о замужестве; а платоническая любовь самая беспокойная.


Может быть, ты оттого—то именно меня и любила: радости забываются, а печали никогда!


И если б все люди побольше рассуждали, то убедились бы, что жизнь не стоит того, чтоб об ней так сильно заботиться.


Я уже прошел тот период жизни душевной, когда ищут только счастия, когда сердце чувствует необходимость любить сильно и страстно кого—нибудь, — теперь я только хочу быть любимым, и то очень немногими; даже мне кажется, одной постоянной привязанности мне было бы довольно: жалкая привычка сердца!..


Еще минута, и я упал бы к ногам её…


Глупец я или злодей, не знаю; но то верно, что я также очень достоин сожаления…


Страницы: 1 2 3 4 5

Рекомендуемые статьи: